розовая пора моей школьной жизни сплошной обман цитаты
17-летний Хатиман Хикигая — юный циник и пессимист, уверенный, что «весна юности», дружба и любовь — обман, ложь и фикция, а поддержание сего мифа есть коллективный заговор тех, кто обжегся и ничего не получил, но не хочет признавать очевидного.
Молодая учительница Сидзука Хирацука оказалась не в силах переубедить проблемного ученика и в отчаянии отправила его в «клуб служения», единственным членом которого числится звезда школы Юкино Юкиносита. А может, на деле сэнсэй не так уж проста и поняла, что помощь требуется обоим?
«Главное не победа, а участие» — известная фраза, сказанная Пьером де Фреди, бароном де Кубертеном во время своей речи. Но эту цитату частенько используют не по назначению. Например, в виде предлога, чтобы заставить принять участие в чём-либо. Сумасбродных затей на свете миллионы. Если главное это участие, то можно отыскать смысл и в неучастии. Если всё стоит попробовать, то логично предположить, что ничего не пробовать тоже стоит попробовать. По сути, не пробовать то, что пробуют другие тоже можно назвать ценным опытом.
Я люблю себя. Ни разу за всю жизнь не случалось, чтобы я себя ненавидел. Мои неплохие данные, местами симпатичное лицо, пессимистичные взгляды и повальный реализм, меня это вполне устраивало. Но сейчас я, кажется, впервые себя возненавидел. Юкиносита Юкино всегда в моих глазах была прекрасна, абсолютно честна и открыта. Она твёрдо стоит на своих ногах, ни на кого не надеясь. И такой Юкиноситой Юкино я, на самом деле, всегда восхищался. Я сам по себе начал многого от неё ждать, сам по себе возвёл её в идеал, сам по себе решил, что понимаю её, и сам по себе в ней разочаровался. Сколько раз я предупреждал себя, но в итоге всё оказалось без толку. Врут все, включая Юкиноситу Юкино. И за то, что я не могу простить ей эту, присущую каждому человеку черту. Я. Ненавижу себя.
Терпеть не могу добрых девушек. Стоит с ней поздороваться, и не идёт из головы, начнёт переписываться, западёт в сердце. А уж вдруг позвонит, будешь раз за разом заглядывать в список входящих не в силах сдержать улыбки. Но я уже это проходил, вот что такое доброта. Если кто-то добр ко мне, как и к остальным, я сам замечаю, как начинаю забывать. Раз за разом надеешься, каждый раз обжигаешься и сам не замечаешь, как теряешь надежду.
Для животных естественно образовывать группы, хищникам присуща жестокая иерархия. Тот, кому не удалось стать вожаком, обречён страдать до самой смерти. Травоядные же постоянно вынуждены сталкиваться с дилеммой: погибнуть самому или пожертвовать товарищем. В нашем мире образование групп не даёт никакого преимущества отдельно взятому индивидууму, потому я и выбрал для себя модель поведения медведей. Медведь — самодостаточное животное, живущее в одиночестве без всяких тревог, к тому же зимой впадает в спячку. Чего ещё можно желать? В следующей жизни я непременно хочу стать медведем.
Вспоминая прошлое, хочется застрелиться от сожаления, а стоит задуматься о будущем, начинаешь переживать. Методом исключения понимаешь, что здесь и сейчас, лучше всего.
Люди одним своим существованием неосознанно причиняют кому-то боль. Будут они жить или умрут, это причиняет кому-то боль. Будешь иметь с кем-то дело — причинишь боль, а попытаешься дела не иметь — сможешь сделать ещё больнее. Но если человек тебе безразличен, ты даже не понимаешь, что сделал ему больно. Нужно лишь осознать это. Когда человек тебе дорог, ты понимаешь, что сделал ему больно. И дорожить кем-то, значит быть готовым причинить ему боль.
Тот, кто не прилагает ни малейших усилий, не смеет завидовать таланту. Неумехи даже не представляют, сколько времени и сил тратят умехи, чтобы добиться цели.
Никто не идеален. Все люди слабы, мерзки и завистливы. Они терпеть не могут, когда есть кто-то лучше них. Жизнь выдающихся людей всегда была трудной. Глупо ведь, согласен?
====================================
Слабые, уродливые, готовые из-за ревности исподтишка напакостить. Как ни странно: чем ты лучше других, тем тебе тяжелее. Разве это правильно?
Нет никаких проблем, пока проблема не стала проблемой.
— Ну и каково это, когда тебя все презирают?
— Зато меня теперь все знают. Тоже неплохо.
— Даже не знаю удивиться или ужаснуться. Странный ты всё-таки. Но твоё умение указывать людям на их слабые места мне даже нравится.
— Да? Мне тоже. Скорее даже, я обожаю себя за это.
Не понять, пока не скажут? Но есть и такое, чего не понять, даже если тебе скажут, а даже если бы и сказали, наверное, я бы просто не смог бы этого принять. Несмотря ни на что, подумал бы, что дело не чисто — есть какая-то скрытая причина. Дело не в том, что слишком высокомерно ожидать, что тебя поймут, раз ты сказал; самодовольство сказавшего, самомнение выслушавшего — много что может помешать понять друг друга, даже поговорив. Потому я хочу не слов. То, что ты понимаешь кого-то без слов — лишь иллюзия, но. Я хочу не слов: есть то, чего я всегда очень хотел, и, наверняка, не быть понятым, не подружиться с кем-нибудь, не быть с кем-то рядом. Я хотел не быть понятым, я хотел понять… понять, узнать и успокоиться — обрести покой, потому что я боялся того, чего не понимаю, понять кого-то до конца — ужасное высокомерное желание, ужасно грязное и отвратительное. И сейчас я сам себе противен, что когда-то так сильно этого желал. Но если обоим это захотеть, если существуют отношения, позволяющие взвалить друг на друга и простить эту отвратительную самонадеянность — я знаю, что это просто невозможно, я понимаю, что этого мне никогда не получить, и все равно я. я хочу настоящего!
— Ну, как бы сказать. Ты очень добрый.
— Правда! Молодец, что заметила. Это правда. Я самый настоящий добряк. Меня много раз обижали, но я никогда никому не мстил. Отпускал всем грехи. Будь я обычным человеком, то мира бы уже не было. Можешь считать меня мессией.
— С обычными людьми такого просто не случается.
================================================
— Ну, как бы сказать. добрый что ли.
— Только заметила? Точно, я сама доброта. Но сколько мне гадостей не делали, до сих пор никому не отомстил. Будь я обычным человеком, мир бы уже накрылся медным тазом, так что по-своему я Спаситель.
— У обычного человека нет столько поводов для мести.
Есть вещи, о которых не хочется рассказывать. Упустишь нужный момент — и потом не можешь.
Нам никогда не понять, что думают другие. Пусть мы и знаем друг друга, но понять друг друга — совсем другое дело.
Как рыбак рыбака видит издалека, так и одиноких тянет друг к другу неведомая сила.
Чем постоянно бояться сказать кому-нибудь правду, лучше вообще ни с кем не разговаривать.
Не страшно ошибиться, ведь можно задать вопрос снова, а потом ещё раз.
Когда тебя ругают – это не всегда плохо. Так люди проявляют заботу.
Опасное дело! Среднестатистический парень уже давно бы в неё по уши влюбился. У непопулярных парней есть дурная привычка искать скрытый смысл в нелепых совпадениях и чистых случайностях. Но я не верю в совпадения, судьбу и предназначение.
Настоящие друзья могут болтать просто так на любую тему. В этом и заключается дружба.
Её индивидуальность, моя индивидуальность. Наверняка, какая-то часть нашего поведения определена кем-то другим. И она сбивает нас с пути. Мы хотим стать сами собой. Только вот, кто же всё-таки определяет, кто мы есть.
Я, конечно, не такой твердолобый, чтобы не понять, что к чему после такого-то спектакля, скорее наоборот, весьма восприимчивый. восприимчивый, чувствительный и весьма тонко на всё реагирующий. Восемьдесят процентов парней, случись такое в их жизни, тут же подумали бы: «Она же в меня втюрилась!» Потому, лучше сразу одернуть себя фразой: «Быть такого не может!»
Ну и ладно. Потом ночью отвечу что-то вроде: «Прости, батарея села», или: «Кажется, я был вне зоны доступа», и порядок. После такого ответа тебя не в чем будет винить. Знаю по себе. Ещё в средней школе, набравшись смелости переписываться с девушками, я получал такой ответ в сорока процентов случаев. Кстати, в тридцати процентов я вообще не получал ответа, а ещё в тридцати — отвечал какой-то иностранец по имени Мейлер Таймон.
17-летний Хатиман Хикигая — юный циник и пессимист, уверенный, что «весна юности», дружба и любовь — обман, ложь и фикция, а поддержание сего мифа есть коллективный заговор тех, кто обжегся и ничего не получил, но не хочет признавать очевидного.
Молодая учительница Сидзука Хирацука оказалась не в силах переубедить проблемного ученика и в отчаянии отправила его в «клуб служения», единственным членом которого числится звезда школы Юкино Юкиносита. А может, на деле сэнсэй не так уж проста и поняла, что помощь требуется обоим?
«Главное не победа, а участие» — известная фраза, сказанная Пьером де Фреди, бароном де Кубертеном во время своей речи. Но эту цитату частенько используют не по назначению. Например, в виде предлога, чтобы заставить принять участие в чём-либо. Сумасбродных затей на свете миллионы. Если главное это участие, то можно отыскать смысл и в неучастии. Если всё стоит попробовать, то логично предположить, что ничего не пробовать тоже стоит попробовать. По сути, не пробовать то, что пробуют другие тоже можно назвать ценным опытом.
Я люблю себя. Ни разу за всю жизнь не случалось, чтобы я себя ненавидел. Мои неплохие данные, местами симпатичное лицо, пессимистичные взгляды и повальный реализм, меня это вполне устраивало. Но сейчас я, кажется, впервые себя возненавидел. Юкиносита Юкино всегда в моих глазах была прекрасна, абсолютно честна и открыта. Она твёрдо стоит на своих ногах, ни на кого не надеясь. И такой Юкиноситой Юкино я, на самом деле, всегда восхищался. Я сам по себе начал многого от неё ждать, сам по себе возвёл её в идеал, сам по себе решил, что понимаю её, и сам по себе в ней разочаровался. Сколько раз я предупреждал себя, но в итоге всё оказалось без толку. Врут все, включая Юкиноситу Юкино. И за то, что я не могу простить ей эту, присущую каждому человеку черту. Я. Ненавижу себя.
Терпеть не могу добрых девушек. Стоит с ней поздороваться, и не идёт из головы, начнёт переписываться, западёт в сердце. А уж вдруг позвонит, будешь раз за разом заглядывать в список входящих не в силах сдержать улыбки. Но я уже это проходил, вот что такое доброта. Если кто-то добр ко мне, как и к остальным, я сам замечаю, как начинаю забывать. Раз за разом надеешься, каждый раз обжигаешься и сам не замечаешь, как теряешь надежду.
Для животных естественно образовывать группы, хищникам присуща жестокая иерархия. Тот, кому не удалось стать вожаком, обречён страдать до самой смерти. Травоядные же постоянно вынуждены сталкиваться с дилеммой: погибнуть самому или пожертвовать товарищем. В нашем мире образование групп не даёт никакого преимущества отдельно взятому индивидууму, потому я и выбрал для себя модель поведения медведей. Медведь — самодостаточное животное, живущее в одиночестве без всяких тревог, к тому же зимой впадает в спячку. Чего ещё можно желать? В следующей жизни я непременно хочу стать медведем.
Вспоминая прошлое, хочется застрелиться от сожаления, а стоит задуматься о будущем, начинаешь переживать. Методом исключения понимаешь, что здесь и сейчас, лучше всего.
Люди одним своим существованием неосознанно причиняют кому-то боль. Будут они жить или умрут, это причиняет кому-то боль. Будешь иметь с кем-то дело — причинишь боль, а попытаешься дела не иметь — сможешь сделать ещё больнее. Но если человек тебе безразличен, ты даже не понимаешь, что сделал ему больно. Нужно лишь осознать это. Когда человек тебе дорог, ты понимаешь, что сделал ему больно. И дорожить кем-то, значит быть готовым причинить ему боль.
Тот, кто не прилагает ни малейших усилий, не смеет завидовать таланту. Неумехи даже не представляют, сколько времени и сил тратят умехи, чтобы добиться цели.
Никто не идеален. Все люди слабы, мерзки и завистливы. Они терпеть не могут, когда есть кто-то лучше них. Жизнь выдающихся людей всегда была трудной. Глупо ведь, согласен?
====================================
Слабые, уродливые, готовые из-за ревности исподтишка напакостить. Как ни странно: чем ты лучше других, тем тебе тяжелее. Разве это правильно?
Нет никаких проблем, пока проблема не стала проблемой.
— Ну и каково это, когда тебя все презирают?
— Зато меня теперь все знают. Тоже неплохо.
— Даже не знаю удивиться или ужаснуться. Странный ты всё-таки. Но твоё умение указывать людям на их слабые места мне даже нравится.
— Да? Мне тоже. Скорее даже, я обожаю себя за это.
Не понять, пока не скажут? Но есть и такое, чего не понять, даже если тебе скажут, а даже если бы и сказали, наверное, я бы просто не смог бы этого принять. Несмотря ни на что, подумал бы, что дело не чисто — есть какая-то скрытая причина. Дело не в том, что слишком высокомерно ожидать, что тебя поймут, раз ты сказал; самодовольство сказавшего, самомнение выслушавшего — много что может помешать понять друг друга, даже поговорив. Потому я хочу не слов. То, что ты понимаешь кого-то без слов — лишь иллюзия, но. Я хочу не слов: есть то, чего я всегда очень хотел, и, наверняка, не быть понятым, не подружиться с кем-нибудь, не быть с кем-то рядом. Я хотел не быть понятым, я хотел понять… понять, узнать и успокоиться — обрести покой, потому что я боялся того, чего не понимаю, понять кого-то до конца — ужасное высокомерное желание, ужасно грязное и отвратительное. И сейчас я сам себе противен, что когда-то так сильно этого желал. Но если обоим это захотеть, если существуют отношения, позволяющие взвалить друг на друга и простить эту отвратительную самонадеянность — я знаю, что это просто невозможно, я понимаю, что этого мне никогда не получить, и все равно я. я хочу настоящего!
— Ну, как бы сказать. Ты очень добрый.
— Правда! Молодец, что заметила. Это правда. Я самый настоящий добряк. Меня много раз обижали, но я никогда никому не мстил. Отпускал всем грехи. Будь я обычным человеком, то мира бы уже не было. Можешь считать меня мессией.
— С обычными людьми такого просто не случается.
================================================
— Ну, как бы сказать. добрый что ли.
— Только заметила? Точно, я сама доброта. Но сколько мне гадостей не делали, до сих пор никому не отомстил. Будь я обычным человеком, мир бы уже накрылся медным тазом, так что по-своему я Спаситель.
— У обычного человека нет столько поводов для мести.
Доверять другим. Помогать и поддерживать. Многие бы сказали, что так и надо. Но это просто идеализм. В реальной жизни всё сваливается на кого-то одного.
Одиночке приходится быть одному. Попробуешь выделиться — и тебя начнут осуждать.
Если уж так хотите судить человека по обложке, то не учитывайте при этом лишь одну часть тела. Посмотрите на общий баланс.
Раз не ладится в отношениях, возьми и разрушь их. Если одиночками станут все, не будет ни драк, ни конфликтов.
Мне кажется, незнание — это не так уж и плохо. Ведь с новыми знаниями появляются и новые проблемы.
— Смотрю, не можешь никак докопаться до корня проблемы?
— Так он и сам не знает, что они у него есть.
— Отвяжитесь уже. Не буду я меняться. И мне не нужны советчики, которые будут указывать, каким мне быть.
— Ты хочешь сбежать, вот и всё.
— С каких это пор не меняться, значит бежать от чего-то? Почему мне нельзя жить в согласии с собой, а не с окружающими?